Мир 6 мин чтения
Экономика КНДР растет третий год подряд благодаря торговле с Китаем и военному сотрудничеству с Россией
Центральный банк Южной Кореи оценил рост экономики КНДР более чем в 3% третий год подряд. Восстановление торговли с Китаем, государственные программы развития регионов и поставки вооружений в Россию позволили Пхеньяну преодолеть последствия пандемии и санкций.
Экономика КНДР демонстрирует устойчивый рост более чем на 3% уже третий год подряд, сообщил Центральный банк Южной Кореи в июле. Страна преодолела пик кризиса 2017 года, зафиксированный незадолго до введения самого масштабного на тот момент пакета санкций ООН. Еще недавно такой разворот казался невероятным: из пандемии COVID-19 Северная Корея вышла более бедной и изолированной, чем когда-либо.
Пхеньян отреагировал на пандемию практически полной самоизоляцией, что обрушило торговлю с Китаем с 2,8 млрд долларов в 2019 году до 539 млн в 2020-м и всего 318 млн в 2021-м. В 2022 году грузовое сообщение постепенно возобновилось, а уже в 2023-м годовой объем двусторонней торговли достиг примерно 2,3 млрд долларов. Восстановление связей с внешним миром вновь обеспечило КНДР поставки топлива, удобрений, техники и потребительских товаров, а северокорейскому экспорту позволило вернуться на китайский рынок.
Одновременно Пхеньян направил значительные ресурсы на строительство и промышленность, а рост сельскохозяйственного производства помог вывести экономику из вызванного пандемией спада. Важную роль сыграла внутренняя политика: лидер КНДР Ким Чен Ын сделал строительство и развитие регионов одними из главных государственных приоритетов. В 2021 году власти запустили программу по постройке 50 тысяч новых квартир в Пхеньяне за пять лет, а в 2024-м — еще более амбициозную «Политику регионального развития 20×10», которая предусматривает ежегодную модернизацию заводов в 20 городах и уездах на протяжении 10 лет.
Основное внимание в рамках «20×10» уделяется производству продуктов питания, одежды и повседневных потребительских товаров. Такой подход нехарактерен для КНДР, которая исторически отличалась крайне неравномерным экономическим развитием. Столица и стратегические отрасли тяжелой промышленности получали непропорционально большую долю государственных инвестиций по сравнению с провинцией, вынужденной выживать за счет устаревших производств и неформальной экономики. Программа «20×10» — попытка сократить этот разрыв.
Пока неясно, смогут ли новые предприятия работать при остром дефиците электроэнергии, оборудования и сырья. Так или иначе, разворот властей на развитие провинции уже дает первые результаты. Спутниковые снимки показывают, что строительство началось уже через несколько недель после объявления программы «20×10», а в первый год ее реализации во всех участвующих населенных пунктах действительно появились заводы. В 2025 году в программу включили больницы, досуговые пространства, сельскохозяйственную инфраструктуру и другие локальные проекты. Все запланированные объекты были открыты в течение года.
В феврале 2026-го власти объявили об успешном завершении программы жилищного строительства в Пхеньяне. Бóльшая часть нового жилья сосредоточена в недавно созданном районе Хвасон, где на месте бывших сельскохозяйственных угодий возникла плотная многоэтажная застройка. Иностранцы, которые побывали в столице в последние годы, рассказывали, что нынешний облик города разительно отличается от того, каким он был до пандемии. Стал заметнее онлайн-сектор экономики: появились мобильные приложения для заказа такси, оплата по QR-кодам, сервисы доставки продуктов и лекарств, новые магазины и рестораны. Широкие улицы впервые приблизились к пределу своей вместимости: в КНДР хлынул поток импортных автомобилей преимущественно из Китая, которые ввозятся в страну несмотря на санкции ООН.
Расширение внешней торговли и поворот в сторону развития регионов в значительной степени обеспечили основу для подъема экономики КНДР, однако главным источником ресурсов для этого стало военное сотрудничество с Москвой. С лета 2023 года Пхеньян стал одним из ведущих поставщиков артиллерийских боеприпасов и баллистических ракет для России. По данным разведки Южной Кореи, к августу 2026 года КНДР передала Москве более 15 млн снарядов. Институт стратегии национальной безопасности (INSS), связанный с южнокорейской разведкой, оценивает доходы Северной Кореи только от экспорта вооружений более чем в 10 млрд долларов. Для страны с годовым ВВП около 27 млрд долларов это чрезвычайно крупная сумма.
Последующая отправка в Россию около 15 тысяч военнослужащих принесла еще сотни миллионов долларов, хотя INSS подтверждает поступление в бюджет КНДР лишь небольшой части этих средств. Остальное, возможно, было компенсировано военными технологиями, компонентами или материалами либо пока остается задолженностью. Однако суммы поступлений в бюджет в данном случае не самое важное. Куда большее значение имеет тот факт, что сотрудничество с Россией ослабляет воздействие международных санкций и позволяет Пхеньяну выходить из изоляции.
Для Москвы Пхеньян превратился из обузы в полезного военного партнера, а возвращение Дональда Трампа на пост президента США вновь сделало возможными прямые дипломатические контакты с Вашингтоном. КНДР, пожалуй, представляет собой наиболее радикальный пример неприятия миропорядка, сложившегося после холодной войны, и ее стремительный выход из изоляции показывает, что этот порядок, похоже, начинает рушиться.
