Политика 5 мин чтения
Политологи предупредили об опасности последних лет президентства Трампа
Аналитики отмечают, что завершение политической карьеры Дональда Трампа делает его более непредсказуемым и опасным: президент перестал оглядываться на рейтинги и союзников, усилил давление на суды и спецслужбы, а также использует власть для личного обогащения.
Приближение конца президентского срока Дональда Трампа, ограниченного двумя каденциями, может сделать его более опасным для американской политической системы. Чем меньше политического будущего остается у главы Белого дома, тем меньше у него причин беречь рейтинги, союзников и задумываться о последствиях собственных решений. Слабея как политик, он становится свободнее как президент, что создает новые риски для институтов власти.
Контраст между первым и вторым сроками Трампа разителен. В первый раз его окружение состояло преимущественно из технократов, которые проводили институциональную политику и нередко блокировали инициативы президента. Тогда Трамп дважды столкнулся с угрозой импичмента — за подстрекательство к мятежу и злоупотребление властью. После покушения в июле 2024 года он заявил, что «Бог спас его, чтобы сделать Америку вновь великой», и перестал прислушиваться к советникам, собрав команду по принципу личной лояльности. Сейчас почти никто не может сказать президенту «нет».
Традиционная независимость спецслужб размыта, а Трамп открыто требует от минюста расследований против политических оппонентов. Республиканское большинство в Конгрессе фактически устранилось от управления страной: оно сделало постоянным снижение налогов, которое обойдется бюджету в триллионы долларов дополнительного долга, и не возражало, когда президент начал войну в Иране без консультаций с законодателями. Кроме того, Трамп по собственному усмотрению перекрыл одобренные Конгрессом расходы на 400 миллиардов долларов, хотя право распоряжаться государственным кошельком по Конституции принадлежит именно парламенту.
Верховный суд, где большинство составляют назначенцы республиканцев, не во всем потакал президенту: он отказался отменять право на гражданство по рождению и отменил большую часть введенных пошлин. Однако еще до второго срока суд признал широкий уголовный иммунитет главы государства, резко снизив риск последующего преследования Трампа за его действия. Власть президента впервые столь откровенно вылилась в личное обогащение, граничащее с коррупцией: от подаренного Катаром самолета до миллиардов, заработанных семьей Трампа на непрозрачных сделках за первый год второго срока.
Было и беспрецедентное вмешательство в частный бизнес. Трамп потребовал отставки главы Intel Лип-Бу Тана из-за его предполагаемых связей с китайскими компаниями, однако после переговоров в Белом доме угроза исчезла. Вместо этого администрация договорилась получить почти 10 процентов Intel в государственную собственность в обмен на финансовую поддержку. Редакция The New York Times свела эти процессы в 12-пунктный «индекс автократии»: от обхода законодательной власти и преследования оппонентов до подавления несогласия и использования власти для личной выгоды. По всем категориям оценка газеты сдвинулась от исходного демократического уровня.
Несмотря на ослабление сдержек и противовесов, выборы никто не отменял, и независимые центры власти сохранились. Республиканцы в Конгрессе начали опасаться потери контроля над одной или даже двумя палатами и осмелились проголосовать за резолюцию, направленную на окончание войны с Ираном. Суды по-прежнему наиболее эффективно ограничивают произвол исполнительной власти: нижестоящие инстанции блокировали ключевые аспекты иммиграционной и тарифной политики, не позволили уволить члена руководства ФРС и ограничили ряд назначений в минюсте.
Общественное мнение резко обернулось против президента. По состоянию на середину августа две трети американцев не одобряли его политику. Даже в экономике, традиционно сильной для республиканцев, избиратели в опросе Reuters/Ipsos больше доверяли демократам: 38 процентов против 35. Поддержка Трампа перестала быть гарантией победы на праймериз — около десятка поддержанных им кандидатов проиграли внутрипартийные выборы, в том числе на губернаторских гонках в нескольких штатах.
