Мир 6 мин чтения
ЕС снял санкции с Усманова и Фридмана, продлив общий список до 2029 года
Страны Евросоюза исключили из санкционного списка Алишера Усманова и Михаила Фридмана, одновременно продлив ограничения против более чем трех тысяч лиц и организаций сразу на три года — до 22 сентября 2029-го.
Страны Евросоюза договорились исключить из санкционного списка двух российских миллиардеров — основателя USM Holdings Алишера Усманова и сооснователя «Альфа-групп» Михаила Фридмана. Одновременно с этим в ЕС решили продлить действие большого санкционного списка, в котором насчитывается свыше трех тысяч физических и юридических лиц, до 22 сентября 2029 года. Ранее этот список пересматривался раз в полгода.
Важным политическим условием столь внушительного продления стало как раз исключение из списка Усманова и Фридмана. Решения по Усманову требовала Франция, которая взамен получила помилование своего гражданина в Азербайджане. По Фридману настаивал Люксембург, к которому бизнесмен подал иск на 16 миллиардов долларов.
Все дело в правиле единогласия, действующем в Европейском союзе. Любое решение по санкциям требует одобрения всех 27 стран-участниц. Это дает каждому государству право наложить вето. Причем это же правило стало причиной, по которой продление санкций затянулось. Страны ЕС не смогли вовремя договориться и из-за риска обнуления списка целиком были вынуждены продлить его действие лишь временно — всего на семь дней, как раз до 22 сентября. Это помогло выиграть время для переговоров.
Изначально срок действия санкционного списка истекал в ночь на 15 сентября. Пойти на экстренный шаг с временным продлением постпредам стран ЕС пришлось за день до дедлайна, 14 сентября. Жесткие разногласия внутри блока спровоцировала фигура Усманова: сначала Словакия, а вслед за ней и Франция ультимативно потребовали снять с миллиардера санкции. Остальные 25 государств заблокировали это предложение. Ситуация накалилась еще сильнее, когда Люксембург выдвинул аналогичное требование по Михаилу Фридману. К 22 сентября единственным противником компромисса оставалась Латвия, но в последний момент и она пошла на уступку — сняла свое вето и применила дипломатическую формулу «конструктивного воздержания».
Как объяснила генеральный директор «Трансперенси Интернешнл — Россия» Алена Вандышева, в сложившихся обстоятельствах сохранить все прочие санкции было возможно, лишь удалив из списка двух российских миллиардеров. Решение Совета (CFSP) 2026/2161 от 22 сентября 2026 года одновременно продлило весь режим персональных санкций и стало основанием для удаления из санкционного списка Алишера Усманова и Михаила Фридмана. Отдельного голосования по ним не было. Если бы условная Эстония проголосовала против, весь пакет санкций не был бы принят.
Похожие случаи исключения из списка уже бывали, хотя сравнивать их с примерами Усманова и Фридмана не совсем корректно. Каждый случай уникален, считает Алена Вандышева, хотя определенные общие черты есть. «Таких решений в европейской практике немного, и касаются они в основном предпринимателей, в отношении которых нет доказательств, что основания для их попадания под санкции сохраняются», — отметила экспертка. Другой повод для отмены ограничений — если выясняется, что достаточных доказательств не было представлено с самого начала.
В сентябре 2022 года из-под европейских санкций вывели сестру Алишера Усманова Саодат Нарзиеву и бывшую жену Михаила Фридмана Ольгу Айзиман. Это произошло не по решению суда, а в ходе регулярного пересмотра санкционного списка. По словам представителя Нарзиевой, санкции были основаны на ложных обвинениях, которые в дальнейшем опровергли. Но конкретные основания Совет ЕС тогда не раскрыл. Так происходит в большинстве случаев. В ситуации с Усмановым и Фридманом конкретное основание для их исключения из санкционного списка тоже не было публично указано. На сайте Европейской комиссии подчеркивается, что обсуждение санкций носит строго конфиденциальный характер, поэтому позиции отдельных стран-участниц не раскрываются.
Санкции снимали и с других родственников подсанкционных бизнесменов, напоминает Алена Вандышева. Например, с матери Евгения Пригожина Виолетты Пригожиной и сына крупного предпринимателя Дмитрия Мазепина. Обвинения в отношении Никиты Мазепина состояли в том, что его карьера в «Формуле-1» финансировалась через «Уралкалий». Суд счел, что наличие одной только семейной связи с подсанкционным лицом не может рассматриваться как достаточное доказательство.
Были случаи, когда исключения происходили после судебных разбирательств. Так произошло с бывшим вице-президентом АФК «Система» Сергеем Мндоянцем и экс-главой Ozon Александром Шульгиным. Шульгин, например, после введения санкций ушел с поста гендиректора Ozon и вышел из совета директоров. В сентябре 2023 года Суд ЕС частично удовлетворил его иск, а через несколько дней Совет ЕС не продлил санкции. Похожая ситуация сложилась с Аркадием Воложем: он публично назвал войну против Украины «варварской», дистанцировался от российского «Яндекса» и инициировал процесс разделения Yandex NV и российских активов. В марте 2024 года Совет ЕС не продлил санкции в его отношении. Правда, подчеркивает Алена Вандышева, в этом случае на решение повлиял не суд, а «конфиденциальные обсуждения» в самом совете.
Алена Вандышева приводит пример Дмитрия Пумпянского. Он вышел из руководства ТМК и «Синары», после чего суд отменил несколько актов о продлении санкций. Однако Совет ЕС впоследствии дополнил доказательственную базу и продолжил ограничения: по состоянию на 2026 год Пумпянский остается в санкционном списке.
4
