Культура 5 мин чтения
В прокат вышел фильм Аарона Соркина «Социальная расплата» о Facebook
Аарон Соркин представил сиквел «Социальной сети» — драму «Социальная расплата», основанную на расследовании The Wall Street Journal о вреде контента в Facebook. Марка Цукерберга сыграл Джереми Стронг, а не Джесси Айзенберг.
В мировой прокат вышла драма Аарона Соркина «Социальная расплата» — формальный сиквел картины Дэвида Финчера «Социальная сеть» 2010 года, рассказывавшей о создании Facebook. Соркин, получивший «Оскар» за сценарий к первой части, на этот раз выступил и режиссёром. В основе нового фильма — серия журналистских материалов The Wall Street Journal под названием «The Facebook Files», опубликованная в 2021 году.
Сюжет строится вокруг утечки внутренних документов компании. Бывшая сотрудница Facebook передала десятки тысяч бумаг журналисту Джеффу Хорвицу, который сумел доказать: корпорация сознательно игнорировала распространение вредного и опасного контента в своих соцсетях. В фильме эту историю рассказывают через двух героев — инженерку Фрэнсис Хоген, которая замечает, что алгоритмы активно вербуют пользователей в экстремистские группы, и репортёра Хорвица, убеждённого технофоба и первоклассного расследователя.
Марк Цукерберг в «Социальной расплате» — персонаж второго плана. Его играет Джереми Стронг, известный по «Ученику» и «Наследникам». Джесси Айзенберг, воплотивший основателя Facebook в картине Финчера, в сиквеле не появился: за прошедшие годы актёру надоело, что его ассоциируют с этой ролью. Кинокритик Антон Долин, посмотревший фильм, отметил, что между двумя версиями Цукерберга нет буквально ничего общего, а сами картины принадлежат разным жанрам.
«Социальная сеть» была остроумной деконструкцией байопика, тогда как «Социальная расплата» — конвенциональная драма, основанная на подлинном журналистском расследовании. Долин увидел в новой работе лишь набор прописных истин: по его мнению, Соркин уплощает проблематику до злободневной колонки из популярного еженедельника. Единственное ощутимое преимущество сиквела перед предшественником — способность автора даже при обращении к вчерашним событиям затронуть самый болезненный нерв сегодняшнего дня, но это же оказывается и ахиллесовой пятой.
Фильм разделён на три акта с отдельными подзаголовками, что подчёркивает театральность стиля. Пролог картины строится на сцене с нетрезвой блондинкой на обочине шоссе, которую останавливают темнокожие полицейские: женщина осыпает их расистскими оскорблениями, снимая происходящее на смартфон. Позже зритель видит Фрэнсис Хоген, ошарашенно смотрящую получившееся видео на мониторе. Эта сцена задаёт главную тему — алгоритмы, которым выгодно разгонять ненависть и агрессию, и корпорацию, не желающую слышать своих инженеров.
Визуальное решение сиквела сохраняет связь с первой частью: за холодно-отстранённую, будто аналитическую камеру вновь отвечает Джефф Кроненвет. Однако музыкальное сопровождение radically иное — Трент Резнор и Аттикус Росс создали новаторский саундтрек для «Социальной сети», а Александр Деспла написал для «Социальной расплаты» функциональную и довольно бесцветную музыку. Долин советует не пытаться увидеть в двух картинах дилогию: перед зрителем разные эпохи Facebook, а драматургические основы у фильмов мало в чём схожи, пусть у них и один автор — несравненный мастер диалога, но не сюжета.
Цукерберг в исполнении Стронга появляется исключительно в рабочих кабинетах, окружённый соратниками и подчинёнными. Критик отмечает, что персонаж написан лениво и небрежно, а Соркин явно возложил основные надежды на актёрские умения Стронга, немало позаимствовавшего из роли Кендалла в «Наследниках». В итоге в него как верховного босса — не столько из корпорации, сколько из компьютерной игры — легче уверовать, чем в репортёрские стати Джереми Аллена Уайта и инженерные Майки Мэдисон.
По мнению Долина, зрителю с первых кадров ясно: это не реальность, а кино для широкой публики, где звёздный состав важнее достоверности, а острая реплика превыше убедительности тезисов. «Социальная расплата» предлагает узнаваемую структуру голливудского фильма о разоблачении: мегапрофессиональный журналист, растерянный перед новым для него контекстом соцсетей, и знающая о них всё, но испытывающая трудности в общении инженерка, чьё чувство справедливости оказывается сильнее корпоративной лояльности. Их встреча прописана на небесах — если бы Соркин снимал свой фильм полувеком раньше, она непременно закончилась бы влюблённостью, а так — всего лишь тактической победой над бездушной махиной Facebook.
6
