Российский музыкант Арсений Несатый, известный под псевдонимом Салуки, выпустил 24 июля пятый сольный альбом Euphoria. Вместо привычного хип-хопа пластинка представляет собой танцевальную электронику с элементами поп-музыки и уже поднялась на первую строчку российского чарта Apple Music.
Выход альбома музыкант сопроводил в телеграме коротким посланием: «Мне скоро 30. Я меняюсь». Эти слова звучат неожиданно от артиста, который на протяжении всей карьеры постоянно ищет новый звук и «новые версии себя». Сольную карьеру Салуки начинал в 2018 году как продюсер объединения Dead Dynasty: первые работы во многом подражали Скриптониту, но уже тогда музыка выделялась большей изобретательностью, чем у большинства русскоязычных рэперов.
Переломным моментом стал вышедший в 2023 году альбом Wild Ea$t — своевременный калейдоскоп образов России настоящего и прошлого. Салуки свободно переключался между хип-хопом, постпанком, дабом и чем-то вроде акустического хауса. Участие в записи приняли Boulevard Depo, ATL, Брутто, Feduk, Баста и другие артисты. The Flow назвал Wild Ea$t лучшим альбомом 2023 года, «Афиша» признала его культовым, а сам Салуки отправился в большой тур по стране, охвативший 24 города.
После такого успеха музыкант выбрал неожиданный путь. На альбоме 2024 года Beach Rock Hotel он сменил мрачный хип-хоп на смесь инди в духе King Krule и психоделического попа с вкраплениями анатолийского рока в треке Midnight In Kaş. Следующая пластинка Bolshie Kurtki вернула его к крупному хип-хопу — с отсылками к ню-металу, Radiohead и Crystal Castles. Иронично, что еще на Wild Ea$t Салуки читал о том, что ему тесно в рамках жанра.
Новый альбом Euphoria — очередной выход за пределы рэпа. По звучанию пластинка могла бы появиться в начале 2010-х, и этим во многом обязана музыке того времени, которой вдохновлялся артист. В треках слышны электропоп, витчхаус, EDM, инди-рок, эстетика московской вечеринки «Скотобойня» и неожиданные заходы в неоклассику. Особенно заметны эти перемены в композиции PZ50.
Над альбомом витает дух Муджуса (Романа Литвинова). Для поклонников Euphoria может стать утешением в год, когда Литвинов пока не выпустил новый песенный альбом. В треке FDTD Муджус появляется как наставник, передающий эстафету молодому поколению: его фирменные звуковые эффекты, ритм и синтезаторы оживляют композицию. К финалу звуковые отсылки переходят в текстовые — строка «обжигали карман рубли» из песни Муджуса «Выздоравливай скорей» звучит в треке au revoir. Интерлюдия GOTT please don't be HARDT on me с образом оленя, замершего в свете фар, перекликается с поэтикой альбома Cool Cool Death!, где олень был одним из главных символов.
При этом Салуки не пытается подражать кумиру ни вокалом, ни текстами. В самом привязчивом треке альбома UU он неожиданно напоминает Кирилла Бледного из группы «Пошлая Молли». Парадоксально, но по звуку Euphoria точно попадает в дух времени: интерес к музыке конца 2000-х — начала 2010-х, которую недавно называли «низкопробным инди», сделал переработку самых китчевых проявлений той эпохи модным звуком наших дней. Если бы вместо Салуки здесь пела вокалистка Snow Strippers, Frost Children или Bassvictim, никто бы не удивился.
Салуки и его сопродюсерам по-прежнему интересно работать со звуком: бас нарочно звучит так, чтобы загрузить сабвуфер, акустическая гитара соседствует с электроникой, а стили наслаиваются друг на друга, создавая коллаж — на этот раз противоположный Wild Ea$t. Если прежний альбом был довольно неуютным, то жанровая мешанина Euphoria создает ощущение бесконечной вечеринки, на которой сердце замирает в ожидании дропа или смены ритма. Это не ностальгическая музыка, а скорее действующая по принципу современных соцсетей: короткий всплеск дофамина, который нужно постоянно подпитывать.
